Истоки искусства балета

Искусство балета берет свое начало в народном танцевальном творчестве. Живительный, неиссякаемый родник народной хореографии позволил балетному театру обрести и создать все то богатство и разнообразие выразительных средств, которыми он располагает в настоящее время.

Стремясь к воплощению на сцене самых разнообразных жизненных тем и сюжетов, балетный театр в своем становлении и развитии выработал особые специфические выразительные средства, по которым можно отличить народно-характерный танец от историко-бытового, классический танец от гротескового, а также от пантомимического действия.

О том, когда и как создавались эти танцевальные жанры, очевидно, со временем будут написаны соответствующие работы. Здесь же необходимо лишь отметить, что классический танец обладает чрезвычайно стройной и четко разработанной системой сценических движений. Диапазон его исполнительской техники очень велик. Эта особенность дает возможность балетмейстеру создавать самые разнообразные хореографические композиции, подобно тому как в музыке на основе принятого звукоряда композитор строит самые разнообразные звуковысотные связи. Иначе говоря, выразительные средства классического танца позволяют балетмейстеру создавать произведения самого различного содержания и формы: от небольших концертных этюдов до многоактных спектаклей, от кордебалетных ансамблей до ведущих танцевальных партий, таких, как Одетта и Одиллия, Жизель, Раймонда, Джульетта, Мария, Эсмеральда, Параша, Китри, Лауренсия, Сванильда, Аврора, Фадетта, Данила, Ромео, Евгений, Филипп, Вацлав, Спартак и другие.

Словом, классический танец располагает богатейшими средствами воплощения драматургии балетного спектакля и характеристик действующих в нем персонажей. Все это, однако, не означает, что классический танец является главным компонентом театральной хореографии. Отнюдь нет. Все разновидности сценического танца, каждый в своем роде, являются равноценным средством художественного выражения как в самостоятельном значении своего жанра, так и в целом балетном спектакле.

Путь развития классического танца сложен и труден. Было время, когда модернисты и другие мнимые новаторы от хореографии утверждали, что язык классического танца настолько устарел, что он не может выразить новое содержание жизни, создать образ современника и что поэтому классический танец вместе с его академической школой надо немедленно и навсегда сдать в архив.

Известно, что модернизм и декадентство с проповедью пессимизма, нездоровой символики, мистики, секса и т. п. справедливо осуждены в советском искусстве. Классический танец отлично выдержал испытание временем и продолжает успешно развиваться по пути реализма. Творческий опыт советских балетмейстеров со всей очевидностью доказал, что средствами классического танца можно создать произведения, ярко и правдиво отображающие новое содержание жизни. Подтверждается это целым рядом новых концертных постановок и балетных спектаклей, например: «Летите, голуби!», «Барышня и хулиган», «Тропою грома», «Ленинградская симфония», «Берег счастья», «Горянка», «Асель», «Жаклин» и многие другие. В этих произведениях выразительные средства классического тайна использованы максимально. Сохранены строгие, пластически завершенные формы хореографии, возвышенный поэтический стиль действия, безукоризненно отточенная исполнительская техника движения. Изменились композиционный строй танцевального языка, образ, характер и поступки действующего лица, по совершенная хореографическая первооснова сохранилась незыблемой.

Правда, классический танец в прошлом использовался как основное средство для создания в балете образов принцесс и принцев, их подруг и друзей, рабынь и рабов, различных фантастических персонажей и воплощения сказочных сюжетов. Однако основа, на которой возник «язык» классического танца, чрезвычайно жизненна и естественна,—это сама природа человека, органика его движения, творческое воображение, эмоциональность, любовь и стремление к прекрасному, благородному, возвышенному, целомудренному, что использовал в своем танцевальном творчестве народ, а затем балетный театр.

Однако выразительными средствами классического танца надо правильно и умело пользоваться. Например, вряд ли можно движениями народно-характерного танца создать образы Джульетты, Параши, Ромео и Евгения и т. д. Трудно сказать, как получился бы замечательный танец с подушками из балета «Ромео и Джульетта», если бы он был поставлен средствами классического, а не историко-бытового танца и т. п. Неправильное использование выразительных средств жанра показывает слабость балетмейстера, а не хореографии.

Классический танец может совершенствоваться по линии искусства балетмейстера, исполнительского мастерства, методики преподавания, теории, но, повторяю, его хореографическая первооснова, то есть школа, должна оставаться неизменной так же, как музыкальный звукоряд.

Такие замечательные русские балетмейстеры, как М. И. Петина, Л. И. Иванов, М. М. Фокин, А. А. Горский, отлично знали классический танец и его школу и на этой основе создали высокохудожественные хореографические произведения, созвучные направлению и стилю своего времени. Вот ничему творчество этих мастеров история хореографии считает новаторским.

То же самое можно сказать и о наших современниках — Ф. В. Лопухове, К. Я. Голейзовском, Л. М. Лавровском, Р. В. Захарове, В. И. Вайноиене, К. М. Сергееве, В. II. Бурмейстере, Ю. Н. Григоровиче, И. Д. Бельском, Л. В. Якобсоне, О. М. Виноградове и многих других.

Наконец, для правдивого и яркого отражения жизни необходимо не только знание школы, но и глубокое понимание современности, режиссерское и исполнительское мастерство, музыкальная и актерская культура. Поэтому преподаватель классического танца должен твердо помнить, что он призван формировать не только высокую исполнительскую технику, но и морально-эстетическое сознание будущего артиста балета. От этого зависит, как будут его питомцы создавать образы современников в новых балетных спектаклях.

«Океанис»

Яндекс.Метрика